02 Июня 2021 | 17:20

10 лет Red Jolbors: вспомнить все

Центральноазиатскому фестивалю коммуникаций и рекламы Red Jolbors в этом году 10 лет. Ежегодно в нем участвует около 500 специалистов рынка. Девятый фестиваль прошел онлайн из-за пандемии. А юбилейный Jolbors организаторам было важно провести в живую, поэтому он пройдет не осенью, как обычно, а весной 2022 года.

image

За 10 лет фестиваль прошел большой путь. Кто-то из первых участников профессионально вырос, создал свое агентство, а кто-то профессию покинул. 

Несомненным остается тот факт, что фестиваль сыграл важную роль в формировании центральноазиатского рынка рекламы и рос вместе с ним. 

Агентства региона стали участвовать не только в Red Jolbors, но и на международных фестивалях рекламы. Привозить не только “бронзу” и “серебро”, но и Гран-при международного фестиваля рекламы Red Apple. А в 2019 году у региона появилось первое “золото” Epica Awards – его выиграло узбекское агентство Synthesis. Наш регион постепенно начали все больше замечать на рекламном рынке в СНГ – креативных директоров локальных агентств стали приглашать в жюри таких крутых фестивалей, как КМФР, «Белый квадрат», Red Apple.

«Это стало возможным благодаря Red Jolbors – все эти годы наш фестиваль вдохновлял участников на покорение новых вершин. К тому же мы активно партнерились с фестивалями в СНГ и даже с Epica Awards, что принесло свои плоды. В первые годы фестиваля спикеры нам говорили, что мы даже не осознаем, какое важное событие создаем для региона, но мы тогда отмахивались от этих слов, думая, что ничего особенного не делаем», – отмечает сооснователь Red Jolbors Сабина Рейнгольд. 

Предыдущий, девятый, фестиваль был сложным для команды – его впервые пришлось проводить онлайн из-за пандемии. 

«Мы каждый год говорим себе, что в следующий раз станет точно проще – столько раз его уже организовывали! Но нас всегда ждет какой-нибудь вызов – к 10-му году мы, наконец, осознали, что действительно делаем важное для рынка событие, и перестали жить в иллюзии, что в следующем году точно будет проще. Не будет, но это нас не останавливает», – делится Сабина.

Как появился Red Jolbors

Повествование от лица сооснователя фестиваля Сабины Рейнгольд

Когда мысль «может, сделать какой-то ивент про рекламу» только зародилась в моей голове, я не имела представления, что родится такой масштабный проект. В тот момент мне был 21 год, я только окончила университет и работала по профессии – пиар-специалистом в интернет-издании под руководством Дины Масловой, с которой мы и задумали делать ивент. 

Одной из основных причин создания фестиваля стало желание изменить в стране Закон «О рекламе», который ограничивал развитие деловой журналистики в Кыргызстане. Любое упоминание бренда в СМИ, согласно закону, считалось рекламой. Из-за этого журналистам было сложно писать, к примеру, аналитические экономические обзоры – за упоминания компаний нужно было платить налоги как с рекламного материала. Это мы и планировали изменить. Но все пошло не так, как мы изначально задумали.

Первый фестиваль состоялся в Бишкеке. Мы точно не хотели делать очередной «круглый стол», где представители СМИ, брендов и госорганов с важными лицами будут обсуждать Закон «О рекламе». Поэтому появилась мысль организовать конференцию о рекламе и SMM. 10 лет назад направление social media marketing только зарождалось в регионе, многие мечтали стать «эсэмемщиками», а компании срочно создавали аккаунты в соцсетях, чтобы взаимодействовать со своей аудиторией. Слово «конференция» звучало обыденно, поэтому мы решили обозначить мероприятие по-модному и назвали его фестивалем.

У нас не было ресурсов для организации масштабного ивента, поэтому команду мы собирали извне. Первой присоединиться к нам я позвала Дашу Суходолову – на тот момент она занималась маркетингом в онлайн-проекте Namba. Вначале мы привлекали еще людей, с которыми быстро разошлись, – причин уже не вспомню. Когда мы втроем – Дина, Даша и я – составили концепцию мероприятия, то поняли, что нам не хватает в команде людей, которые помогут с техническим наполнением, оформлением и организацией ивента. Так к команде присоединилось лучшее в Кыргызстане ивент-агентство SunPeople. 

Мы также надеялись привлечь в партнеры единственное на тот момент профильное издание о рекламе в Центральной Азии – AdAsia. Но наше сообщение в скайпе осталось без ответа. А после, когда мы объявили о фестивале, увидели на Facebook-странице издания пост, полный иронии: «Фестиваль рекламы без нас? Ну-ну». В тот период я была юной и очень вспыльчивой – хотелось найти создателя этого ресурса и разобраться. Основателя AdAsia – Фару Кучкарова – мы нашли и …подружились, чтобы после вместе вывести наш ивент на новый уровень – центральноазиатский. 

«Какие-то малолетние девочки решили сделать рекламный фестиваль. Серьезно?»

Вначале инициативу восприняли скептически. «Какие-то малолетние девочки будут делать фестиваль? Серьезно?», – такие комментарии мы слышали от некоторых представителей рынка. 

Обычно фестивали организуют рекламные ассоциации, но ни в одной стране региона такой не было. Те, что открывались, очень быстро сдувались, ничего толком не создав. А тут какие-то «малолетки» замахнулись на событие для целого региона. Настроены мы были серьезно, а благодаря Фаре смогли задать верный вектор и организовать действительно настоящий рекламный фестиваль, а не некое его подобие. 

В первый год мы привезли спикеров из Казахстана с лекциями про пиар и SMM. Конкурс рекламных решений в тот год был больше формальностью, потому что так надо – это же фестиваль! Участвовали в нем только студии и фрилансеры из Кыргызстана. Тем не менее именно этот недофестиваль положил начало тому событию, про которое позже будут говорить «я жду Jolbors больше, чем Новый год или день рождения», «для меня Новый год наступает тогда, когда проходит Jolbors», «Red Jolbors Fest это уже гораздо больше, чем просто фестиваль — это целое культурное явление, где зарождаются новые эмоции, дружба, идеи, проекты», «Я премного благодарен фестивалю. Без него я бы не ценил и не гордился бы тем, чем занимаюсь». Это все реальные цитаты с Facebook-страниц участников. Сегодня Red Jolbors – долгожданное событие для целого региона рекламистов. Но когда мы только начинали, никто не верил, что у ивента будет такая долгая и яркая история. Даже мы сами. 

 

«Взросление» фестиваля

В первый центральноазиатский фестиваль мы замахнулись сразу на привоз в жюри Владислава Деревянных из российского агентства «Восход». Тогда для нас это казалось недостижимой целью – именно в тот год агентство вернулось с триумфом с «Каннских львов», завоевав рекордное количество статуэток для российского рынка. Мы думали, что Влад откажется ехать на никому неизвестный фестиваль, но Фара его убедил. Других жюри и спикеров удавалось «затянуть», когда они узнавали, что председателем жюри согласился быть Влад. 

По мере «взросления» фестиваля увеличивалась ответственность и менялось отношение участников к нему. Большинство фестиваль полюбило и с нетерпением ждало его из года в год. Но были и те, кто по разным причинам фестиваль невзлюбил и периодически «нападал» на нас с едкими комментариями. Больше всего доставалось мне как человеку, который чаще всего про фестиваль вещает. Я превратила свои личные соцсети в рупор Red Jolbors. К примеру, нас обвиняли в том, что мы подговариваем жюри специально наградить определенные агентства. Например, GForce/Grey, которые несколько раз становились «Агентством года» и уезжали с фестиваля с мешком статуэток. Это было забавно, поскольку на тот момент никто из команды не был лично знаком ни с одним представителем GForce. Я в принципе не могу себе представить ситуацию, когда кто-то из организаторов подходит к председателю жюри, например, к Андрею Губайдуллину (сооснователь агентства «Восход») или Жене Примаченко (креативный директор W+K Amsterdam), или даже к Максу Пономареву или Денису Елисееву (сооснователи Friends Moscow), с которыми я последние два года работаю, и заявляет, что какому-то конкретному агентству нужно присудить Гран-при или «золото». Для организаторов фестиваля это равносильно суициду – если ты не будешь честным и попытаешься замутить какую-то махинацию, то потеряешь доверие участников. И жюри перестанут к тебе приезжать. Для фестиваля это означает только одно – его больше не будет. Первое время такие комментарии глубоко ранили – мы делали и делаем фестиваль, вкладывая в него всю свою энергию и свободное время, поэтому весь негатив воспринимали остро. Со временем привыкли и перестали обращать внимание на недоброжелателей – фестиваль стал значимым проектом для рынка, и поспорить с этим было сложно. 

Количество заявок с момента создания фестиваля с 40 в первый год выросло до более 550. 

Команда

Самое удивительное для меня то, что Red Jolbors организует просто инициативная группа людей, которые очень любят его. Сейчас в команде девять человек: я, Даша Суходолова, Фара Кучкаров, Лена Черникова, Таля Андреева (SunPeople), Яна Дремина (SunPeople), Ася Тыныстанова, Наташа Штейнбренер, Арина Апарина и Инна Обуховская. Весь проект держится на голом энтузиазме – у каждого члена команды есть основная работа. Фестивалем мы занимаемся в свободное время – у нас никогда не было ни офиса, ни команды, которая сидит на зарплате. 

Первые шесть лет фестиваль проходил в Бишкеке – мы сталкивались с разными сложностями. Основной стала как раз команда – так как мы не были привязаны к какой-то официальной структуре, то роли внутри распределяли интуитивно. Не было у нас и иерархии с одним начальником и подчиненными. В первые годы это создавало много сложностей – мы подолгу спорили друг с другом, чтобы принять какое-то решение. Да, мы разделили зоны ответственности, но каждый все равно стремился вставить свое во все, что происходит в целом по фестивалю. Мы не сразу поняли, что это неэффективно. 

Бросить все 

Работали всегда в состоянии бесконечного напряжения, потому что фестивалем занимались после рабочего дня. Я всегда в шутку это называла «второй сменой» – едва покинув офисы компаний, где мы трудились, команда собиралась в кофейне и засиживалась в ней до ночи. 

Бесконечные споры в команде очень выматывали и периодически надолго затягивали принятие каких-то решений. Всегда давила мысль, что кто-то может легко покинуть команду, потому что все в ней по доброй воле и никакими обязательствами не связаны. Но первым человеком, который захотел это сделать, неожиданно стала я сама. На пятый год фестиваля я настолько устала от бесконечных споров, что в один день психанула и сказала, что больше никогда не буду заниматься этим мероприятием. Правда, вернулась в строй быстро – спустя два месяца. 

Тогда я вынесла для себя важную мысль: 

вы можете сколько угодно любить свой проект, вкладываться в него, но очень важно, чтобы был один человек, за которым будет последнее слово в спорных моментах и который будет нести ответственность за принятое решение, иначе у вас ничего не получится, а команда развалится. Нет смысла соперничать, когда вы делаете одно дело и хотите, чтобы все было на высшем уровне. 

Переезд в Алматы

Седьмой Red Jolbors мы решили провести в Алматы. Отчасти это было связано с тем, что на тот момент я переезжала в этот город. Казахстанские агентства не очень обрадовались новости о переезде: фестиваль в Бишкеке для них был чем-то вроде командировки-тимбилдинга. А теперь Red Jolbors переезжал к ним, и этот выездной шарм терялся. Но для нас, организаторов, такое решение было важным. Именно в Казахстане большинство агентств-участников, но отправлять почти всю команду на фестиваль в командировку в Бишкек у компаний возможности не было. Мы же считали важным, чтобы лекции спикеров могли послушать как можно больше специалистов. И не прогадали – фестиваль в Алматы смог собрать более широкую аудиторию. В том числе его стали посещать казахстанские маркетологи. 

Переезжая, я была уверена, что в Алматы будет проще, как минимум, с местом проведения – город современней и больше Бишкека. Как я ошибалась! Первой проблемой, с которой мы столкнулись в Алматы, стал как раз поиск подходящего помещения. После долгих поисков удалось найти более-менее подходящий зал и даже договориться с владельцами на партнерских условиях. 

Тот год для меня был сумасшедшим – в сентябре я проводила не только Jolbors, но и еще два масштабных мероприятия, которые проходили в Алматы и Бишкеке с разницей в одну неделю. Оба семейных фестиваля прошли на ура, я возвращалась из Бишкека в Алматы в состоянии дикой усталости и радости.

Едва я пересекла кыргызско-казахскую границу, как вдруг мне сообщили: «У нас проблемы, и Red Jolbors не получится провести на нашей площадке». Как выяснилось, на выбранной локации должны были строить кофейню сразу после нашего фестиваля, но арендатор решил переиграть вводные и начать стройку за день до нашего фестиваля. Ситуация была максимально стрессовой: Red Jolbors через четыре дня, в Алматы еще нет никого из команды, а я застряла между Бишкеком и Алматы с прерывающейся мобильной связью. Из-за договоренности на партнерских началах нельзя было сослаться на какой-то контракт и что-то требовать, а найти новое помещение за четыре дня практически невозможно. Нам еле удалось сдвинуть сроки запуска стройки на несколько дней.

Куда большей сложностью в тот год стало неожиданное решение Даши Суходоловой покинуть команду, чтобы посвящать свободное от работы время семье. Сообщила она о своем решении, когда мы уже громко заявили, что фестиваль состоится в Алматы. Я была в полной растерянности. На Даше была огромная часть работы – она полностью занималась конкурсной программой Awards. Это и постоянная связь с участниками, и прием плюс проверка заявок, и техническое оснащение, и работа с документами, и жюрение. Она предложила сделать передышку и отменить фестиваль, но я не представляла, как это сделать. Его очень ждут каждый год, и мы уже объявили, что он состоится в новом городе – обратной дороги не было. В Алматы в тот год я была одна, вся команда в Бишкеке. 

Осложняло ситуацию и то, что в Бишкеке уже были партнеры, а в Алматы все приходилось начинать практически с нуля. Я не представляла, как в таких условиях и с такими вводными организовывать фестиваль. Нанимать людей на зарплату возможности не было. А у меня в связи с новой работой не было времени активно заниматься фестивалем. Но я приняла на тот момент безумное решение – фестивалю быть. Иногда полезно идти на риск – седьмой Red Jolbors прошел отлично. С командой на удаленке, без единого спонсора и запинки на церемонии награждения!  А еще в тот год мы привезли звездный состав жюри, среди которых были Андрей Губайдуллин, Женя Примаченко, Полина Забродская… Даша, кстати, вернулась в команду, за что я ей очень признательна. 

Про онлайн-фестиваль

Девятый Red Jolbors был для нас непростым ввиду необходимости проводить его онлайн. Для нас это стало первым опытом. Мы переживали, что не получится сделать его качественно – осваивать все приходилось оперативно и в спартанских условиях. Вся команда была разбросана по нескольким странам: удаленка, ковид, политические дрязги в Кыргызстане – все это осложняло процесс. А еще мы не знали, как минимизировать фрод: когда участники могут смотреть трансляцию все вместе, купив один билет. К сожалению, этого избежать не удалось, и мы потеряли большую часть дохода, поэтому впервые пришлось вкладывать в организацию ивента собственные средства. С учетом, что этот проект никогда не был для нас бизнесом и что мы делали и делаем его на энтузиазме, движимые целью развивать рынок, ситуация для нас получилась неприятной. 

Несмотря на то, что у нас были технические проблемы и заминки, фестиваль прошел хорошо. Основное вещание образовательной программы мы организовали из московской студии, откуда спикеры выступали с лекциями. Вторая студия была в Бишкеке для трансляции церемонии награждения. 

 

У нас было много задумок, как провести фестиваль интересно, – планировали разные интерактивные мероприятия в зуме. Но на их организацию не хватило ни сил, ни времени. Осложняло ситуацию еще то, что в Бишкеке, где была половина команды, включая организаторов Awards и жюрения, происходил государственный переворот. Выбор победителей проходил онлайн и в условиях, когда могли неожиданно отрубить интернет в Бишкеке. Спасибо Даше и Арине (ответственные за Awards и жюрение – прим.) за то, что, несмотря на митинг за окном, где агрессивные участники ввязывались в драки и даже в перестрелки, они стойко модерировали судейство. Кстати, церемония тоже могла не состояться, если бы ситуация накалилась, но нам повезло, что ко дню X конфликт в стране пошел на спад.

Большой плюс онлайна в том, что нам удалось привлечь максимальное число спикеров – мы проводили его три дня, сделав шесть разных секций. По креативу, продакшену, digital, маркетингу. Сделали отдельную секцию с воркшопами mads. Кстати, я очень рада тому, что многие участники нашего фестиваля обучались и обучаются на разных программах mads – это очень полезные курсы, которые дают практические знания и повышают навыки. 

В 2020 году ввиду пандемии количество поданных работ значительно снизилось и составило около 250. 

По итогам онлайн-фестиваля мы решили, что точно больше не станем организовывать его только онлайн. Либо проводим его офлайн, либо в гибридном формате.

Поддержка 

Red Jolbors не стал бы таким значимым событием для региона, если бы нас не поддерживали участники, спикеры, партнеры. С партнерами у нас отдельная история – мы стремимся, чтобы сотрудничество было максимально полезным для обеих сторон. Поэтому всегда обсуждаем с компаниями, что именно им как бренду нужно драйвить, и стремимся сделать предложение в соответствии с их целями. 

Последние несколько лет в Казахстане нас поддерживает ForteBank. Меня зацепила фраза директора по маркетингу банка Антона Ким: 

«Мы действительно верим, что творческая сила – движущий и реальный инструмент, который может изменить мир». 

Нас часто спрашивают, в чем миссия Red Jolbors. Она очень простая, но важная – создать крепкое центральноазиатское сообщество рекламистов и маркетологов – той самой творческой силы, которая если и не будет менять мир, то точно изменит к лучшему профессиональную среду в регионе.

Про юбилейный фестиваль

10-й фестиваль мы планируем провести в апреле 2022 года, если не будет новой волны ограничений и можно будет спокойно передвигаться по странам. Планируем делать упор не только на спикеров из рекламных агентств. Позовем больше маркетологов. Еще рано говорить о наших планах и концепции юбилейного фестиваля, но мы уже начинаем подготовку.

Мы очень соскучились по «живому» общению с участниками и в следующем году будем рады встретиться все вместе в той неповторимой атмосфере, за которую так любят наш фестиваль. А до юбилейного Red Jolbors мы планируем организовать сессию «Разбора полетов», чтобы участники могли лучше подготовить кейсы, а также осенью проведем крупный образовательный интенсив как для маркетологов, так и для рекламистов из Центральной Азии.